Яндекс.Метрика

Ислам с позиции ориентализма

Хотя история ориентализма (т.е. изучения языка, религии, литературы, истории, фольклора и т.п. народов Востока, в первую очередь – мусульман) насчитывает тысячу лет, само это понятие начало применяться только в конце XVIII в.

Крестовые походы вызвали в Европе всплеск интереса к исламу и традициям мусульманского мира. В дальнейшем создание обширных колониальных империй обусловило необходимость изучать религию, обычаи, моральные нормы и материальные ценности народов, включённых в их состав. Вместе с этим требовалось узнать их сильные и слабые стороны, чтобы воздействовать на покорённых. Не стоит забывать и о миссионерских целях.

Первые переводы Корана появились в Европе уже в XII в. Также европейцы начали изучать историю ислама, калям, фикх, исламскую философию, тасаввуф, хадисы. Но при этом прослеживается определённая однобокость таких исследований. Например, исследования Корана, который объявили «изложением личных взглядов Пророка Мухаммада (с.г.в.)», преследовали цель проследить влияние на него либо доисламских традиций арабов, либо христианства с иудаизмом.

Так, Томас Эрпениус (1584-1624) хотя и признавал, что Коран с точки зрения языка представляет собой вершину, с точки зрения содержания он считал Священную Книгу мусульман «смешным подражанием Библии».

Изучая хадисы, ориенталисты старались найти доказательства того, что сборники высказываний Посланника Аллаха (с.г.в.) составлены без всякой системы, под влиянием политических реалий и сомнительны с точки зрения подлинности. Например, в трудах Игнаца Гольдциера и Джозефа Шахта содержатся утверждения о «недостоверности значительной части хадисов из авторитетных сборников», в том числе и Бухари.

Дэвид Самуэль Марголиус (1858-1940) в своём труде «Early Development of İslâm» утверждал, что Мухаммад (с.г.в.) оставил только Коран, а вся Пречистая сунна – это несколько изменённые в свете указаний Книги Аллаха доисламские традиции и обычаи арабов. Якобы после смерти Пророка (с.г.в.) для придания им авторитета и их легитимизации было «выдумано» понятие «Сунна Посланника Всевышнего (с.г.в.)» и сам механизм хадисов.

Изучая ислам, ориенталисты и многие их российские коллеги-востоковеды обращают внимание, по сути дела, только на узкую область всего предмета исследования – внешние факторы, способствующие формированию этой религии, и историю. А вера и придающие ей силу традиции или полностью игнорируются, или теряются за культурными формами, выработанными исламом. Связь истории мусульманского вероучения с Аллахом ориенталисты не видят или не желают видеть. С этой точки зрения ислам, во-первых, не имеет особого преимущества как религия, а во-вторых, не особо оригинален как историческое явление.

При таком подходе возникает естественный вывод о необходимости реформирования «магометанства». Однако само понятие реформ у ориенталистов и мусульман совершенно разное. Если для мусульман – это старания жить в соответствии с повелениями Аллаха, то для ориенталистов реформы ислама кажутся необходимыми для того, чтобы сохранять его влияние в политической, экономической и общественной жизни, для его «успешности». По их мнению, для этого нужно изменить ряд принципов вероубеждения, политических структур и т.п. При этом ориенталисты под реформированием ислама часто подразумевают его вестернизацию, изменение в соответствии с западными ценностями.

Доктор Крагг утверждает, что для современности нет более неподходящей религии, чем ислам. Развитие науки и техники в значительной степени облегчает жизнь людей. Поэтому и привязанность к Богу в ее прежнем представлении уже теряет смысл. Исходя из этого, ислам необходимо модернизировать в соответствии с современными реалиями.

По своей сути, ничего странного в том, что взгляды ориенталистов на ислам противоречат взглядам мусульман, нет. Ведь они смотрят на религию и Пророка (с.г.в.) под совершенно разными углами. И нет предпосылок для изменения такого положения. Нельзя ожидать признания западными ориенталистами того, что ислам – это последняя из божественных религий, Мухаммад (с.г.в.) – Заключительный пророк, а Коран – это откровение (вахий). Ведь если они признают это, то станут мусульманами.

Но в то же время требовать от ориенталистов соблюдения принципов научности при изучении ими ислама – это право всех мусульман. А сейчас мы, к сожалению, наблюдаем, что сначала в качестве аксиомы провозглашается, например, что «Коран создан Мухаммадом (с.г.в.)», а потом прилагаются всякого рода усилия, чтобы на основе этой неподтверждённой мысли вывести заключения, касающиеся истории, вероубеждения и т.п.